Татьяна Суровцева.

 

 

Оставьте нас вдвоем.

Мне хочется молчать.

Мне хочется  вдыхать светлейшее дыханье.

Как горы на воде умеешь ты качать!

Как душу синевой умеешь отуманить!

Не пряча от небес монгольского лица

Глядишь в мои глаза светло и диковато.

…Лесная глухомань укроет беглеца –

здесь будет он рыдать,

седой и угловатый.

Колышется вода,

И трутся жернова,

И стелется к ногам дорога без усилий.

И стаи вещих птиц, слетев на дерева,

Мне сказывают вновь твои седые  были.

                                          

 

 Я волосы сушу на берегу.

Холодных брызг в них набросали волны,

И волосы байкальским ветром полны,

И солнце в них ночует, как в стогу.

Встречаем утро в бухте голубой.

На серых скалах дремлющие чайки

Срываются  за первыми лучами,

Кричат,  с разлету  падая в прибой.

Скажите, неужели это я –

Задерганная бытом горожанка –

Гуляю здесь, где так свежо и жарко,

Где бесконечен праздник бытия?

                                    

 

 …Четвертый час мы бьемся о туман.

Стоит туман, как белый истукан –

Над мертвой зыбью руки распростер,

Невольно замер в рубке разговор.

Не спит локатор – дальнозоркий глаз…

Мы  здесь, как цепью, скованы сейчас.

Единой волей, чаяньем одним,

Спешит кораблик к берегам родным.

К родной душе торопиться душа,

Седым туманом вечности дыша.

Озерных духов в эту злую ночь,

Я вызываю, я прошу помочь:

Лучом звезды, что глазу не видна,

Родную душу высветить до дна,

Лучом любви хочу коснуться ран,

Да не разбиться  о слепой туман.

 

 

Вулканический прах на дороге,

Вечных странствий бесстрастный мотив…

Простодушны бурятские боги,

Им не надо ни жертв, ни молитв.

Божества плосколицые эти

Не дано возмутить суете.

Узкий взор созерцает столетья,

Как круги на озерной воде.

Здесь,

наивные встретив приметы

Поклонения богу бурят,

Подари ему денежку, ленту –

Вот и весь немудреный обряд.

В становище бессмертных деревьев

Удержи ускользающий миг…

Молчаливые бродят поверья,

Стерегут драгоценный родник.

……………………………………….        

Перепутала тучу с волною

Чайка – плачет, хохочет, кружа.

Это мечет круги надо мною

Уязвленная жизнью душа.

                                                             

 

По диким степям Забайкалья,

где золото роют в горах…” –

по праздникам песня такая

звучала в рудничных дворах.

А праздники круто справлялись!

Я помню: за нашим столом

Тоска и веселье,  казалось,

Затянуты смертным узлом.

О, детства высокие страсти!

Бродяга, в наш дом загляни:

Твой путь одинок и опасен,

Тебе эти люди сродни.

Дадут тебе хлеба и водки,

Фуфайку, чтоб легче жилось…

Уйдешь ты тяжелой походкой

К Байкалу – в легенду, в мороз.

………………………………..

Легенда , печалью повита,

Вплелась в мои  ранние дни.

Мгновенья забытого быта –

Звезда в черноте полыньи.