ЗАБАЙКАЛЬСКАЯ ПРОВИНЦИЯ ЮВЕЛИРНЫХ И ПОДЕЛОЧНЫХ КАМНЕЙ

Юргенсон Георгий

доктор геолого-минералогических наук, ведущий научный сотрудник ЧИПР СО РАН,
зав. лабораторией минералогии и геохимии ландшафта ЗабГПУ, академик МАНЭБ

ЗАБАЙКАЛЬЕ представляет собой один из уникальных регионов земного шара по сочетанию геологических ситуаций, порождающих многообразие месторождений самоцветов. Открытие, изучение и добыча самоцветов в Забайкалье имеет более чем 300-летнюю историю. Большинство из месторождений было открыто в XVIII-XIX веках и в значительной мере отработано на ювелирное сырье. Это относится прежде всего к пегматитам Борщовочного кряжа. Однако отработаны, как полагало большинство исследователей, только наиболее доступные верхние части жил. Так считал академик А.Е. Ферсман, а также вытекает из данных А.В. Татаринова (1969-71 годы) и наших многолетних (1968-92 годы) обследований старых выработок и отвалов. Более того, значительное число жил просто еще не вскрыто эрозией.
   А новые тела, не выходящие на дневную поверхность, вероятность залегания которых на небольших глубинах была известна геологам, добывавшим пьезооптическое сырье для нужд радиотехнической промышленности еще в 30-60-х годах прошлого века, не вскрывались. Причиной этому было обилие в Забайкалье пегматитовых полей, где пьезосырье добывалось из давно известных месторождений. Поэтому ни один из исследователей не дал отрицательной оценки пегматитам Борщовочного кряжа на ювелирное сырье. В 40-50-х годах сырье добывалось из вновь открытых месторождений и в Зачикойской горной стране.
   В 80-х годах XX столетия геологами Сосновской экспедиции в Малханском хребте открыто одноименное пегматитовое поле с кондиционным цветным турмалином. Малханское месторождение ювелирного турмалина — крупнейшее в России и единственное, где разведаны высокие категории запасов.
   В 90-е годы Байкало-Саянской экспедицией “Байкалкварцсамоцветы” и лабораторией минералогии и геммологии ЗабНИИ произведена переоценка на цветные камни Адун-Челонского и Шерловогорского гранитных массивов. Найдены новые доказательства того, что эти гранитные массивы представляют собой единую рудно-магматическую систему, а камерные и миароловые пегматиты Адун-Челона и бериллтопазовые жилы и миаролы Шерловогорского массива и связанные с ними грейзены являются продуктами ее разных фаций глубинности. Анализ данных о добыче берилла на Шерловой Горе за всю историю разработки этого месторождения (3,6 т) показал, что оно может быть отнесено к одному из крупнейших объектов ювелирного сырья, не утративших промышленного значения. Последнее подтверждается тем, что на 1 января 1998 года запасы ювелирного берилла категорий С1+С2 составляли 452,1 кг, а ресурсы всех категорий — 12124 кг, ресурсы ювелирного топаза достигают 1200 кг. Официально разрешенная добыча сырья после 1998 года не велась.
   Однако в связи с перестроечными процессами основное градообразующее предприятие на Шерловой Горе — Шерловогорский ГОК прекратил деятельность, и масса людей осталась без работы. Вследствие этого, как и в других частях планеты, где известны ювелирные камни, происходит их самовольная добыча и продажа скупщикам, приезжающим из промышленно-развитых регионов страны и из заграницы. Ежегодно с Шерловой Горы вывозится более ста килограммов кондиционного ювелирного и коллекционного сырья. Отметим, что цветовая гамма ювелирных бериллов этого месторождения — одна из самых лучших в мире, а синие и ярко-голубые аквамарины имеют самую устойчивую окраску.
   В 70-80-е годы в результате планомерных геолого-съемочных работ ПГО Читагеология и Бурятгеология, а также поисково-ревизионных экспедицией “Байкалкварцсамоцветы” на территории Забайкалья были обнаружены проявления синей и сиреневой шпинели, сапфира, нефрита новой для региона апокарбонатной формации, граната и других ювелирных камней. В 1992-95 годах открыты первые огненные опалы. Еще в пятидесятых годах XX столетия на севере Забайкалья, в Кодаро-Удоканской зоне, были обнаружены первые кристаллики алмазов. Ю.А. Алексеевым выделена новая алмазоносная провинция, а М.Д. Скурским в 1996 году и нами в том же году рассмотрены перспективы Забайкалья на это ценное сырье.
   В 1991-98 годах изучены технологические свойства камнесамоцветного сырья многих месторождений Забайкалья и дана их прогнозная оценка. Выделены Забайкальско-Монгольская агатоносная, а также Южно-Забайкальско-Монгольская и Северо-Восточно-Забайкальская хрусталеносные провинции. Первая относится к формации гранитных пегматитов, вторая — к формации безрудных хрусталеносных жил. Имеются предпосылки для прогнозирования месторождений лазурита и чароита, хризолита, шпинели, изумруда и александрита. В Пришилкинской зоне возможны открытия нефрита.
   Разведанные запасы цветного турмалина (Малханское месторождение), аквамарина, гелиодора и других разновидностей берилла (Шерловогорское и Адун-Челонское месторождения), а также прогнозные ресурсы этих камней в пегматитах Борщовочного кряжа, Мензинского, Малханского, Завитинского, Халзанского, Уринского и других полей, Адун-Челон-Шерловогорской рудно-магматической системы и других объектов, составляющих для берилла более 30 тыс. кг и для турмалина — около 90 тыс. кг, могут быть надежной сырьевой базой промышленности по выпуску ювелирных изделий и других украшений из цветного камня. Кроме того, новые данные о распространенности и качестве топаза в регионе позволили дать оптимистичную оценку объектов на этот камень и определить ресурсы в количестве 13,1 тыс. кг.
   Важнейшим источником ювелирных разновидностей кварца являются пегматиты известных полей, в которых они до сих пор оценивались лишь как пьезооптическое сырье. По состоянию на 1 января 1998 года прогнозные ресурсы горного хрусталя составляют около 300 т. Из них в пегматитах Южно-Забайкальско-Монгольской провинции прогнозируется более 280 т ювелирных разновидностей горного хрусталя-сырца.
   Значительный прирост ресурсов следует ожидать от специализированного изучения разновозрастных слабо эродированных пегматитоносных гранитоидных комплексов в Восточно-Саянской, Абчадской, Муйской, Кодаро-Удоканской и Селенгино-Становой зонах, где сосредоточены крупные пегматитовые поля.
   Впервые выявлены предпосылки для обнаружения изумруда грейзеновых формаций (Орогочинская и Яхактинская бериллоносные зоны), в миароловых гранитах и тальковых сланцах, а также александрита. Промышленное значение могут иметь россыпи хризолита в бассейне верхнего течения реки Чикой (Бороздинский голец, река Харчевка и др.). Есть предпосылки и для открытий промышленных объектов альмандина, благородных разновидностей корунда, шпинели, опала. При отработке золотоносных россыпей в полях развития гранатоносных гнейсов и кристаллических сланцев необходимо извлечение не только золота, но и попутных ювелирных камней.
   Забайкалье в границах Читинской области и Республики Бурятия в результате работ последних лет стало одним из крупнейших нефритоносных регионов мира. Месторождения нефрита формаций апогипербазитовых и базитовых метасоматитов и жил объединяются в Восточно-Саянскую провинцию, а апокарбонатных метасоматитов и жил в Муйско-Становую и прогнозируемую Пришилкинскую.
   Если яшмы связаны с преобразованиями палеозойских вулканогенных и вулканогенно-осадочных толщ и частью — с процессами мезозойского наземного и подводного вулканизма, то халцедоны, агаты и рисунчатые кремни являются преимущественно продуктами средне- и позднемеловой вулканической деятельности в структурах глубокого заложения, развитых в обрамлении впадин забайкальского типа. Агатоносные структуры имеют в основном северо-восточное простирание, совпадающее с генеральным направлением этих структур, на юго-западе уходящих в пределы Монголии, на северо-востоке — в бассейн Верхнего Амура и Зеи, образуя огромную внутриконтинентальную Забайкальско-Монгольскую агатоносную провинцию, включающую 9 зон. Из них 6 (с ЮЗ на СВ — Джидинская, Хилокско-Чикойская, Приононская, Удино-Витимская, Приаргунская, Пришилкинская) находятся на территории России, 3 — Селенгинская, Гобийская и Улдза-Гол-Керуленская — в Монголии.
   Наряду с всемирно известной Уральской родонитоносной провинцией высвечиваются совершенно четкие перспективы промышленных месторождений родонита. Имеются предпосылки для обнаружения промышленных месторождений минералов группы лазурита-содалита.
   К концу двадцатого столетия на территории Забайкалья открыто около 900 (из них в Читинской области около 400) объектов 60 видов камнесамоцветного сырья. Это создает надежные предпосылки для организации и развития не только добычи, но и широкомасштабной ювелирной и камнерезной промышленности с полным циклом переработки камня и выпуска ювелирных изделий с использованием добываемого золота. Необходимо отказаться от сложившейся довольно устойчивой тенденции бесконтрольного вывоза сырья за пределы региона. Со стороны зарубежных фирм существует огромный спрос на светлый и салатный нефрит апокарбонатной формации, светлые и голубые халцедоны, ярко-голубой невыцветающий аквамарин, арбузный и красно-коричневый турмалин.
   Имеющийся крупный минерагенический потенциал ювелирного сырья в Забайкалье вызывает необходимость решать ряд проблем, связанных с его практически бесконтрольной добычей и вывозом за пределы региона. Прежде всего это касается правовой основы недропользования в части камнесамоцветного сырья. Решение этих проблем возможно преимущественно экономическими мерами и совершенствованием регионального законодательства в сфере недропользования. Приоритетным должно быть поощрение создания предприятий с законченным производственным циклом от геологического изучения, добычи сырья до переработки его в ювелирные изделия с использованием части добываемых в регионе благородных металлов, выпуска из низкосортного сырья украшений из галтованного камня и сувенирной продукции, а из отходов горного производства — керамических и строительных материалов. При проектировании и организации производства по добыче и переработке минерального сырья, содержащего самоцветы, следует учитывать, что в природных минеральных ассоциациях некоторых месторождений ювелирных берилла, топаза, турмалина и горного хрусталя постоянно присутствуют минералы — носители редких элементов. Среди последних наибольшую ценность представляют минералы тантала, ниобия, цезия, некоторых редких земель и других редких и рассеянных химических элементов. При разумной организации производства они могут составить значительную статью дохода и уменьшить себестоимость основного полезного ископаемого.
   Решающее значение должна иметь долговременная программа лицензионной, инвестиционной и налоговой политики, обеспечивающей привлекательность замены вывоза высокоценного сырья по заведомо заниженным ценам развитием производства по его переработке в пределах региона. А пока не решена проблема организации перерабатывающей промышленности на месте, одним из непременных и первоочередных мероприятий должно быть создание лабораторной базы для оценки качества и сертификации сырья, для обслуживания потребностей таможенной службы и органов внутренних дел, а затем уже преимущественно для обслуживания потребностей производств по переработке камня. Соответствующая структурная ячейка уже организуется в рамках Академической лаборатории минералогии и геохимии ландшафта и Забайкальской группы Общества геммологов России.
   Назрела необходимость в подготовке специалистов-геммологов на базе одного из Читинских университетов. Дело это непростое. Оно потребует вложения средств для приобретения современного оборудования и приборов. Но выгода от рационального использования месторождений камней-самоцветов Забайкалья окупится сторицей.
   Для успешных поисков, оценки и прогноза месторождений цветного камня необходима разработка количественных критериев выявления физико-химических и геодинамических характеристик минералообразующих систем, обусловливающих вероятность образования минеральных индивидов и агрегатов со степенью совершенства кристаллического строения, определяющих их утилитарные свойства.