БАЙКАЛ-КОЛЛЕКЦИОНЕР


Каждое утро начиналось для нас с одной и той же не всегда приятной процедуры. Проснувшись, мы вылезали из палаток, спускались к берегу озера, становились на два больших камня, наполовину погруженных в воду, набирали полные пригоршни ледяной воды и плескали ее себе в лицо.
Сегодня - особенный день, спокойно вымыться сегодня, как видно, не суждено. Нагнувшись, чтобы зачерпнуть воды, я увидел крупного черного жука с очень длинными членистыми усами. Это был большой еловый усач, Я поднял его и тут же рядом заметил еще нескольких таких же жуков с громадными черными усами. Я внимательно осмотрел поверхность воды и обнаружил невероятное множество насекомых, которых все ближе и ближе подносило к берегу едва ощутимым бризом.


После такого открытия - не до мытья. Я быстро принес морилку и начал сборы. Они оказались необычайно обильными. Всего за один час я собрал 412 самых разнообразных насекомых, и среди них 182 крупных усача, 170 мелких жуков различных видов, 60 мух, журчалок, ос, долгоножек и пилильщиков. Больше всего насекомых скопилось среди полосы мусора, прибитого к берегу, Весь этот лесной мусор был сброшен в озеро шквальными ветрами, рушившимися с Байкальского хребта в предыдущие два дня. Насекомые были подхвачены ветром и унесены в Байкал.
Я не спеша прошел по воде вдоль бухточки Песчаной в губе Малая Коса. Ближе к мысам насекомых было значительно меньше и вода засорена не так сильно, как в центральной части губы. Вскоре мои морилки заполнились до отказа, и, уповая на завтрашний день, я ушел в палатку раскладывать насекомых на матрасики и писать этикетки.


Утром я зарядил и рассовал по карманам несколько морилок, срезал длинную хворостину, чтобы легче доставать насекомых, и, не дожидаясь завтрака, вышел на берег. Я осмотрел ближайший участок озера, но не увидел ни одного живого существа. Я шел вдоль берега все дальше и дальше, но не мог найти решительно ничего. Я ушел уже далеко, до северного мыса-вода была прозрачна и чиста, как дорогое стекло, на ней не было никаких посторонних предметов.


И тут я случайно взглянул под ноги - поблизости от меня лежали три огромных усача, несколько божьих коровок, две долгоножки и масса муравьев, ручейников и других насекомых. Вчера вечером начался сильный прибой, и все, что плавало на воде, было выброшено на берег. Я лег на живот и начал запихивать насекомых в морилки. Среди насекомых я обнаружил небольших слоников и совсем крошечных короедов с очень крупными, по сравнению с размерами тела, тупыми и как бы обрубленными головами.


Я полз вдоль берега Байкала и собирал насекомых - то становился на колени, то снова ложился на живот. Время проносилось, по-видимому, быстрее, чем во сне. Где еще за такое короткое время, на таком крошечном участке земли можно собрать такую коллекцию насекомых? В эти мгновения я испытывал ни с чем не сравнимое наслаждение, которое знакомо только коллекционерам и собирателям. Мне стали близки и понятны и ненасытная страсть великих собирателей, и мудрые слова Гёте, утверждавшего, что собиратели - счастливейшие из людей.


Я делал все новые и новые открытия, возможно, что новые только для меня, но разве это имело значение? На выносе Байкала часто попадались рачки-бокоплавы, многие из которых были еще живыми. Я освобождал их из песка и бросал в воду. То и дело мне встречались раковины байкальских моллюсков, большие бычки-широколобки, крупные, с горошину, черные яйца каких-то неведомых существ.


Но больше всего здесь было насекомых. Они выползали на гальку, грелись, обсыхали и набирались сил после ледяной ванны. Многие насекомые погибали, намокнув и обессилев в воде. Сколько же насекомых выбрасывает Байкал на свои берега? Очень приблизительное представление об этом могут дать следующие факты. 5 июля за каких-нибудь два часа в пятидесятиметровой полосе берега мне удалось собрать 408 насекомых, и среди них 93 усача, 175 других жуков, 140 мух, ос, журчалок, шмелей, златоглазок, долгоножек и клопов. Попадались и клещи. Я брал только хорошо сохранившихся насекомых, хотя здесь же оставалось множество калек.


Так мы познакомились со способностью Байкала коллекционировать насекомых, собирая их с огромного пространства на узкой полоске берега. Зная эту особенность озера, можно делать обильные сборы насекомых. Они могут служить очень серьезным добавлением к основной коллекции, этикетированной с обозначением мест обитания насекомых. Нет сомнения, что некоторые редкие виды насекомых сперва удастся найти на берегу Байкала и уже потом, убедившись в их присутствии в местной фауне, организовать специальные поиски.


Коллекционирование насекомых на берегу Байкала имеет одну немаловажную особенность. Во время сборов животных, которые требуют их умерщвления, в душу всегда закрадывается жалость к ним. Думаю, нелегко найти человека, способного лишить жизни красивую бабочку и не почувствовать при этом угрызений совести. Здесь же, на берегу Байкала, могут собирать насекомых самые чувствительные люди, и даже тургеневский Касьян с Красивой Мечи считал бы, что делает доброе дело, спасая их от мучительной смерти.


Каждую свободную минуту мы использовали для наблюдений за берегом озера. 8 июля прибой выбросил множество бабочек шелкопряда. В одной крошечной бухточке мы нашли около пятидесяти бабочек. Некоторые из них были еще живыми. Они судорожно трепетали крыльями, чтобы обсушить их на солнце. В этот день стало меньше крупных усачей, но появилось множество божьих коровок и ос.


Мы обследовали участок берега далеко к северу от мыса Малая Коса. Насекомые в выносе озера встречались здесь редко, и уже нельзя было собрать такие богатые коллекции. Все, что плавает в Байкале, ветрами и течениями направляется в определенные места. Центральная часть губы Малая Коса в этом отношении - счастливое место.


Через год наш отряд снова был на берегу Байкала, и снова мы наблюдали за выносом озера. В начале июля у мыса Большого Солонцового прибой выбросил множество крупных стрекоз. Все они принадлежали к самому обычному для этих мест виду-либелюля квадримакулята. У мыса Елохина на берегу озера мы собрали около 300 этих стрекоз.


Среди местных жителей еще живо древнее поверье: Байкал, считают они, выбрасывает на свои берега абсолютно все, что попадает в воду. Оттого и вода в озере всегда так изумительно чиста и прозрачна. И правда: ветры и волны сгоняют к берегам все, что плавает на воде и не успевает осесть на дно, а прибой подхватывает и выносит на берег. На берегу Байкала, особенно в глухих, безлюдных местах, можно найти самые различные вещи, выброшенные волной. Чаще всего это атрибуты рыбалки - вынесенные реками загородки, ныряла, верши, крупные стеклянные шары - поплавки от ставных неводов, ящики из-под рыбы, разбитые штормом лодки.


Однажды, возвращаясь к лагерю, я нашел маленький, вырезанный из дерева пароходик. Какой-нибудь мальчуган, как видно, выпустил его из рук и потом, наверное, страшно сокрушался, видя, как ветер уносит его в открытое море.
Я до сих пор храню этот пароходик на память о Байкале и, когда смотрю на него, вспоминаю о байкальском выносе и думаю о том, как много замечательных явлений связано с увлекательной жизнью этого озера.